01:36 

RPS по Тому Хиддлстону

Maria20092
Название: Рецепт успеха
Автор: Maria20092
Бета: FixFinder
Фандом: RPF (фик о реальных людях), Tom Hiddleston, Loki, Мстители (кроссовер)
Пейринг: Крис Хэмсворт/Том Хиддлстон
Рейтинг: NC-17
Жанр: Драма, мистика
Тип: слеш
Размер: Макси
Статус: Закончен
Дисклеймер: Все права у Тома Хиддлстона и Г.Х. Андерсона.
Аннотация: Что не сболтнешь по-пьяни.
Предупреждения: AU, ООС, мат, попытка воссоздать сказку про гадкого утенка на современный лад, на автобиографичность не претендую.
Написано по заявке на Новогоднюю сказку.


Глава 1.
Вечер. Окраина Лос-Анджелеса. Приближалось Рождество.
В гостинице, в самом дешевом номере, шумела в душе вода. На приземистом журнальном столике истерично надрывался телефон. Через несколько секунд воду выключили. Совершенно мокрый постоялец, в одном полотенце, вышел из душевой и взял телефон. Большая капля воды упала с темных, кудрявых волос и расплылась большим пятном по экрану, яркой радугой скрывая надпись. Мужчина нетерпеливо размазал воду. Звонил некий Джон. Мужчина судорожно вздохнул и прикрыл глаза. Отвечать на звонок он не собирался.
Заканчивался 2009 год. Еще один паршивый год для Тома Хиддлстона.
Говорят, что жизнь состоит из черных и белых полос. Но для этого человека черная полоса никак не заканчивалась. Все было плохо. И в карьере и в личной жизни.
Несмотря на то, что он сам себя считал профессиональным актером, роли ему доставались только в дешевых сериалах. Сколько бы он не участвовал в кастингах на хорошие фильмы, везде пожимали плечами. Никому не нужен актер с классическим театральным образованием. Даже если их два. Том их понимал. Сейчас для актера главное распущенный внешний вид и харизма. Главным критерием на кастингах чаще всего была юность, а ему уже исполнилось 29. Тем более он не обладал примечательной внешностью или выдающимися параметрами. Подобные ему - толпами на кастинги приходят.
Чтобы чего либо добиться в мире кино, требовалась изрядная сучность, умение не стесняясь идти по головам. Клюнь ближнего, насри на нижнего - первая заповедь всех «звезд» кино. Такими чертами характера Том Хидлстон не обладал. Совсем. По своей натуре совершенно не конфликтный, искренний парень, не мог сделать карьеру. Ему были совершенно не знакомы понятия злость или раздражение. Истинный английский джентльмен. Получив очередной отказ, он широко улыбался, искренне благодарил за оказанное внимание. Том просто не умел ни на кого сердиться или обижаться. Постоянно в хорошем настроении, всегда счастливый, обаятельный и веселый. Даже в самые плохие дни.
Его агент Люк Виндзор не раз пытался вразумить актера-неудачника. «Для мира большого кино недостаточно быть просто хорошим человеком, нужно еще прилагать усилия» - он пытался делать выговор после очередных проваленных проб. Но быстро замолкал, махнув рукой. Невозможно ругаться, невозможно быть грубым с человеком, который смотрит на тебя добрым, всепонимающим взглядом. И ослепительно улыбается.
Люк Виндзор сам не понимал, почему до сих пор не отказался от этого бесперспективного актера-неудачника. Возможно, потому что таких людей больше нет. На Тома всегда можно было положиться, довериться, точно зная, что он выслушает, поймет, поможет. За все время их знакомства, Люк ни разу не видел Тома в плохом настроении или повышающим голос на кого-то. Искренний, скромный, добрый и обаятельный - Люк бы назвал его идеальным.
Десять лет назад, впервые увидев его на эдинбургском фестивале искусств, он почему-то решил, что юношу ждет большой успех. До сих пор его надежды не оправдывались. Там, где нужно быть наглым, напористым, Том был светлым, милым улыбчивым. Где требовалась сила, неконфликтный Том выдавал «щенячий взгляд», окончательно испортив образ.
И как результат - дешевые, дебильные роли в отстойных сериалах. Не смотря на упорную работу Тома в театре и низкобюджетном кино, он оставался совершенно неизвестным. А удел таких - печально низкие гонорары. Даже порноактеры больше зарабатывают. Кстати, Тому тоже предлагали сняться в порно. В гейском. Тьфу.
Люк даже рассматривать такое предложение не стал. Не то чтобы он был против геев. Но это совершенно недостойно выпускника Кембриджа.
Черная полоса в жизни актера Тома Хиддлстона длилась уже не первый год. И с каждым месяцем ситуация ухудшалась. Люк рекомендовал ему посещать все кастинги, которые только проводятся в Америке и в Англии. Где-нибудь да повезет. И Том добросовестно исполнял рекомендации. Метался по миру в поисках работы, уже сам запутавшись, где что снимают и что от него требуется. Разумеется, работу он так и не получил.
Через пару дней после Рождества намечались пробы на очередной дешевый сериал. Роль как раз по части Тома. Уж тут он должен был пройти. Просто обязан. Так как деньги неотвратимо заканчивались. И скоро будет нечем оплачивать маленькую грязную квартирку на окраине Лондона. И придется просить у Джона.
Хоть они и состояли в отношениях, Том стал бы что-либо просить у своего парня в самую последнюю очередь. Они были вместе уже несколько лет и их отношения стремительно катились под откос.
Джон - двадцатипятилетний парень без образования, был разнорабочим. То есть брался за любую грязную и тяжелую работу. И страшно этим гордился. Актерская карьера Тома, по его мнению, была уделом слабаков и лентяев. Сколько ссор было по этому поводу. Вернее полупьяный Джон орал на всю квартиру и кидался всем, что под руку подвернется. Том равнодушно смотрел, как тот бушует, и не пытался оправдываться. Он уже давно устал от подобных скандалов. Ему давно следовало его бросить, но не мог.
Когда они только познакомились, Том просто тащился от грубых черт крупного лица Джона. Приходил в восторг от бугрящихся мышц на сильных руках и просто обожал шесть великолепных кубиков пресса. Джон был большим, ненасытным и чрезвычайно волосатым.
Джон обожал ходить в тренажерный зал. Он пропадал там по всем утрам, и вечерам скрупулезно присматривался к тому, что ел. Поначалу Джону нравилась тонкая гибкость любовника, его хорошие манеры, образованность и доброта в голубых глазах. Потом это стало вменяться ему в вину.
Том всегда шел на уступки. Когда Джон сказал, что Том слишком тощий, Том отправился вместе с ним в его качалку. И на потеху зрителей с трудом смог оторвать от пола одну из тех гантелей, которые Джон шутя крутил одной рукой. Это был его первый и последний поход в тренажерный зал.
Они были разными. Очень разными. Если Том стремился решать вопросы договариваясь и улыбаясь, Джон всегда делал это при помощи грубой силы. Решать личные вопросы недопонимания Том, казалось, вообще не стремился. Месяцами замалчивая проблемы. Джон так не умел. Он не умел объяснять и доказывать. Ему всегда было проще просто трахнуть Тома, крепко связав его руки за спиной. Это вроде бы помогало. Да и Тому это нравилось. Наверное. Ну, ни одного слова против, Джон от него не слышал.
За несколько лет пропасть между ними стала очевидной. И все равно Том не мог с ним расстаться. Они вместе столько пережили. У Джона постоянно были какие то проблемы. Сначала проблемы с полицией, потом с алкоголем, а теперь вероятнее всего с наркотиками. Том подозревал, что это стероиды. За последний месяц его парень невероятно сильно увеличился в плечах. Фантастические смены настроения; то он хочет секса, а через мгновение уже нет. То ничего не ест, то поглощает все, до чего дотягивается. И агрессия. По любому поводу и даже без. Если поначалу, Том худо-бедно справлялся, то с парнем - наркоманом Том не хотел справляться. Просто он устал. И бросить в беде тоже не мог. Вот уже не один месяц метался в этом замкнутом кругу. И уже сам не верил, что эта черная полоса когда-нибудь закончиться.
Телефон в руке продолжал надрываться. Том бесцельно водил пальцем по клавише ответа, не спеша ее нажимать. Глубоко вдохнув, он нажал на кнопку, хорошо зная, что за этим последует.
- Привет. Я слушаю, - Том вложил побольше радости в голос.
- Почему в Рождество тебя нет дома?! - истерично неслось из трубки, - накой *** мне такой любовник?
Том привалился к стене и слушал, медленно выдыхая.
- Ты меня уже за***л своими пробами, кастингами, просмотрами и еще *** знает чем. Ты бездарный неудачник, думаешь, что ты хоть кому-то нужен? Бросай к х**м свои выкрутасы и найди нормальную работу. Что бы я в рождество мог трахнуть своего любовника. Только на это ты и годишься, с***а. Явишься через неделю в***у...
В трубке раздался резкий щелчок и связь прервалась. Вероятнее всего Джон в ярости запусти телефоном в стену. Бывает с ним такое. Том отчаянно надеялся, что телефон он все-таки разбил.
Отложив сотовый на полку, Том отправился одеваться. Джон часто выражался грубо и Том уже успел к этому привыкнуть. От злых, обидных, несправедливых слов было муторно, противно. Том нашел пульт и включил телевизор. Прибавил громкость, стараясь заглушить глухую обиду и собственные мысли.
Перед Рождеством в родной Великобритании транслировались Рождественские песни и поздравления. В Америке всегда показывали фильмы. Ему не повезло. Показывали один из самых удачных фильмов - «Железный человек» с Робертом Дауни-младшим. Вот повезло человеку, думал он, завязывая галстук. Был почти никем, и стал самым знаменитым, буквально в считанные часы после выхода фильма. Это действительно удача.
Стало вдруг невыносимо тошно. Том выключил телевизор. Теперь стало противно тихо. Напиться, что ли? - подумал Том. В конце концов, сегодня Рождество и он имеет право на бокал виски. В номере мини бара не было, поэтому нужно было спуститься в гостиничный бар внизу.
Когда-нибудь и мне повезет проснуться знаменитым, - кисло подумал Том, закрывая за собой дверь номера.

Глава 2
Том пересек гостиничный холл и направился на ресепшен. Ему понадобились пять минут и три ослепительных улыбки, и дежурившая в приемной девушка была готова для него на все что угодно. Даже сообщить некому Люку Винздору, что сэр Хиддлстон в баре. Вдруг Люк будет его искать. Вряд ли конечно, но агент всегда должен иметь возможность его найти.
Хоть гостиница была не самого лучшего класса, но высокая пластиковая елка посреди зала была явно новая. Хоть и дешевая. Поэтому нестерпимо пахло пластиком. Украшения-игрушки в виде Санта-Клауса, херувимчиков, круглых шаров видимо тоже были пластиковые и новые. Поэтому ярко блестели в электрическом свете. Проходя мимо, Том улыбнулся. Гостиничный персонал постарался замаскировать запах хвойным ароматизатором. Это было мило и немного наивно.
Он и сам не знал толком, зачем он спустился в бар, почему не заказал бутылку прямо в номер. Просто тишина показалась ему оглушительной, а здесь были люди, был праздник. Такие же, как он - одинокие постояльцы гостиницы, оторванные от своих семей, не желавшие праздновать Рождество в одиночестве.
Барная стойка была украшена разноцветными неоновыми лампочками. Хорошо хоть пластиковых украшений было мало. Немного хмурый бармен невозмутимо протирал стаканы. Том удобно устроился на одном из высоких стульев.
- Jack Daniels, на все, - он протянул бармену стодолларовую купюру, - доливай когда закончиться, - Том мягко улыбался.
Через полминуты перед ним оказался ароматный, восхитительный темный виски. Том сделал пробный глоток и внезапно успокоился и неожиданно для себя расслабился.
- Я могу вас угостить? - Том ослепительно улыбнулся и кивнул бармену на свой бокал. Хмурая складка на симпатичном лице бармена медленно разгладилась. Он окинул Тома оценивающим взглядом.
- Простите, сэр, мне нельзя, - он попытался улыбнуться в ответ и поспешил к другому клиенту.
Том не пил алкоголя уже очень давно. Давно не позволял себе расслабиться. Так просто сидеть и не о чем не думать.
Он, не спеша, маленькими глотками, пил свое виски, наслаждаясь немного резким и ярким вкусом алкоголя. Мысли плавали, словно в вязком тумане. Занятый бармен, постоянно отвлекаясь, не забывал доливать в опустошающийся бокал и теперь скупо улыбался на каждый благодарный кивок.
Ненавязчиво играла музыка. Народ за столиками негромко разговаривал. Медленно приближалась Рождественская ночь. Том дал себе обещание, что дождется полуночи и пойдет к себе спать. Пока что он сидел на высоком, удобном стуле за барной стойкой, потягивал свой напиток, слушал уютный гул голосов и наблюдал, как за окном медленно опускается праздничная ночь. В сгустившихся сумерках зажглись гирлянды, плотными кругами намотанные на деревья, крыши домов и даже на декоративные кактусы. Ему казалось немного диким праздновать Рождество без снега и при тринадцатиградусной жаре. Даже лед тут был либо искусственный, либо в стакане. Посмотрев на свой бокал, он там льда не обнаружил. Обворожительно и немного пьяно улыбнувшись симпатичному бармену, он попросил льда. Несколько прозрачных кубиков звякнули о край, и Том с наслаждением слушал еле слышное потрескивание тающего льда. Наверное, я все таки напился, расслаблено подумал Том, делая очередной глоток.
- Две кружки пива, - пробасили над ухом, разрывая уютную негу.
Молодой здоровенный парень с длинными волосами, голубыми глазами и обалденной, легкой небритостью, уселся рядом с ним. Акцент у него был немного непривычный - австралийский - чуждый уху англичанина.
Что-то в нем было знакомое. Где-то он его видел, а где, расслабившаяся голова отказалась работать.
- Как же тут холодно, - парень кутался в теплый свитер, в то время как Тому было жарко в одной рубашке. - У нас в это время градусов двадцать пять - тридцать, - Том усмехнулся. Как бы далеко не находились друг от друга Великобритания и Австралия, традиции все равно сохранялись. Например, начинать знакомство разговором о погоде.
- А у нас один - три, - Том улыбнулся самой обворожительной улыбкой.
Незнакомец остался доволен ответом. Он улыбнулся - лучики-морщинки разбежались от уголков глаз. Том явственно почувствовал запах исходящий от этого парня. Тяжелый мускус с неявными нотками лосьона после бритья - настоящий мужской запах. Нетрезвую голову слегка повело. Хотя у Тома давно не было секса, ему пришлось напомнить себе, что он здесь не за этим.
- Я Крис, - парень протянул широкую ладонь.
- Том, - его пальцы показались тонкими по сравнению с этой рукой.
- Англичанин, - констатировал Крис и слегка наклонил голову.
- Ага. Давно в Лос-Анджелесе?
- Только приехал. Работа обязывает. Знаешь, - Крис ослепительно улыбнулся, явно стараясь произвести впечатление на собеседника, - я актер.
Том впечатлился.
- Собрат по профессии, значит, - Том отсалютовал ему своим виски. - На кастинг или на съемки?
Крис громко рассмеялся, чем заработал косой взгляд от бармена.
- Пойдем за столик, - Том указал Крису на свободное место. Доставлять неприятности симпатичному бармену, который вышел на работу в праздник, он не собирался.
Они пересели за столик у большого, украшенного разноцветными лампочками, окна. Скатерти не было, зато в качестве украшения посредине стола стоял фарфоровый Санта Клаус. Официантка тут же принесла наполовину опустевшую бутылку виски Тома и еще одну полную, заказанную Крисом.
- Ну, так ...? - Том развел руками, предлагая продолжить разговор.
- На съемки, - Крис прикончил свое пиво и занялся виски, - тут фильм начинают снимать, - он сделал недовольное лицо, - «Тор» называется. Слыхал?
Том промолчал. Цветные огни гирлянды отражались в темной поверхности его напитка. Порывом сквозняка принесло откуда-то, наверное из холла, запах дешевого пластика. Том был на кастинге для этого фильма. Пробовался на главную роль. Его не взяли.
- Я на него не прошел, - просто, что бы занять руки, Том налил себе еще виски.
- А я прошел, - добродушно сообщил Крис, - получил главную роль.
- Поздравляю, - Том немного натянуто улыбнулся, - ты молодец.
- Не с чем, - Крис тоже наполнил свой стакан. - Там лажа какая-то, с этим фильмом.
- Да? - Том искренне удивился. Поднапрягся, заставив раскисший мозг немного собраться. - Вроде намечался большой, кассовый фильм с продолжением?
- Намечался. Только сначала никак не могли утвердить. Потом вдвое урезали бюджет и с режиссерами какая-то херня, - Том его слушал, открыв рот. - Сценарий - откровенная дрянь. Съемочная площадка слишком маленькая. Гримеров почти нет, декораторов почти тоже нет, - Крис все больше расходился в недовольстве.
- Как такое может быть? Ведь актерский состав состоит из знаменитостей, - от удивления Том даже забыл, что виски полагается пить, а не греть в ладонях.
- Ага, - уже изрядно выпивший Крис смотрел большими, голубыми глазами. - Я вообще еще никого не видел. Кажется, даже состав актеров еще не полный.
- Но ты ведь на съемочной площадке уже был?
- Был. Знаешь, костюмер мне по секрету сказал, что из знаменитостей удалось заполучить только Хопкинса. И больше никого, - Крис уже изрядно набрался.
Ночь окончательно опустилась на город. До Рождества оставалось не больше часа.
- Очень странно. Мне отказали с формулировкой, что я недостаточно популярен, - Том заворожено наблюдал, как пьет Крис: как он запрокинул голову, открыв крепкую шею, и как ровно и сильно под кожей движется кадык. В голову полезли неприличные фантазии. Том помотал головой, пытаясь собрать мозги в кучу. Но от тряски они растеклись еще сильнее. Пора было двигать в номер. Но Том хотел здесь, в компании, встретить Рождество. И свою бутылку он еще не допил.
- Сколько ты в кино, - из вежливости спросил Крис.
Том отвлекся от скольжения взглядом по потрясающим широким скулам собеседника. - Уже больше десяти лет.
- Ого, - Крис со стуком поставил бокал на стол, - и что, до сих пор не предлагали не одной высокооплачиваемой роли?
- Почему же, предлагали, - Том шутливо скривился, - в гей-порно.
Крис замерев на несколько мгновений, вытаращив глаза смотрел на Тома. Потом громко хрюкнув, пьяно заржал. Громко. Непристойно. Заразительно. Через несколько секунд смеялся сам Том.
-Да уж не повезло тебе, - Крис наконец отсмеялся. И взглянув на часы, налил себе еще. - Хотя знаешь, лет этак шесть назад, я бы душу дьяволу продал за такое предложение.
Теперь пришла очередь Тома таращить глаза и впадать в ступор.
Большие часы пробили полночь. Тут же притихший зал взорвался громкими криками, поздравлениями, резкими хлопками хлопушек. Со всех сторон полетели тонкая бумажная мишура, блестки и конфетти.
- С Рождеством, - миловидная официантка поставила перед ними по бокалу шампанского, - подарок от заведения, - мило улыбнувшись, девушка отправилась к другим столикам.
- Тост! - немного пьяно объявил Крис. Том улыбнулся разрешая.
- Давай выпьем за то, что бы у нас все всегда получалось! - Том покивал, соглашаясь, и добавил: - И не пришлось душу продавать!
Рассмеявшись они чокнулись, и повторив еще раз «С Рождеством!» выпили. Шампанское было вкусным - легким и нежным. Так показалось после виски.
Черт возьми, - с улыбкой подумал Том, допивая, - кому бы мне душу продать, что бы все наладилось?
В блике света ему показалась, что фарфоровый Санта Клаус хитро подмигнул.

Глава 3
Том никак не мог попасть электронным ключом в замок и открыть дверь своего номера. Тем более его всячески отвлекали. Тяжелое, горячее, шумное дыхание на шее заставляло колени подгибаться, а руки трястись. Пол под ним раскачивался, а стены так и норовили убежать. Но он бы давно упал, если бы не его опора. Правда, эта опора сама не стояла на ногах, раскачиваясь, как при сильном шторме. Кажется, шампанское было явно лишним.
Крис пошел его проводить до номера. Просто проводить. Том постоянно себе об этом напоминал. Особенно когда, стараясь не упасть, судорожно цеплялся за сильные руки, зарывался носом во вкусно пахнущую шею.
Наконец карточка-ключ попала в замок. Загорелся зеленый индикатор и дверь открылась.
Том шагнул в открывшийся проем и развернулся.
- Ну, я пошел, - Крис протягивал руку для прощания.
- Куда? - удивился Том, - я тебя в таком состоянии никуда не отпущу. Остаешься здесь!
Крис покачиваясь, вошел в номер и привалился спиной к двери.
- Эй, тут только одна кровать, - Крис с интересом изучал тесную комнату.
- И что? - Том немного ослабил галстук. Осторожно двигаясь по неустойчивому полу, он вплотную подошел к гостю.
Крис несколько мгновений пристально всматривался в его лицо, а потом, шагнув, притянул к себе Тома и уверенно поцеловал.
Том немного опешил. Властный язык бесцеремонно протиснулся сквозь его зубы. Голова закружилась сильнее. Сильные руки плотно прижали к жесткому телу. Запах Криса стал сильнее, острее. Член быстро твердел.
Неожиданно Крис разорвал поцелуй и отстранился.
- Уверен? - спросил он, пропуская сквозь пальцы кудряшки на затылке Тома.
- Шутишь? - зацелованный, раскрасневшийся Том смотрел на него немного шальными глазами, - я весь вечер этого хотел.
Крис больше ничего не сказал, только посмотрел как-то немного странно. И начал распутывать идеальный узел галстука Тома.
- Может, пойдем в кровать, - спросил Том, когда темно-серая лента сползла на пол, а Крис взялся за пряжку его ремня.
- Можно мне в душ? - Крис немного неуверенно оторвался от стены.
- Нет! - Том испугался, что Крис сейчас смоет свой потрясающий запах и будет пахнуть дешевым гостиничным гелем.
Крис удивленно на него уставился.
- Хочу так, - торжественно объявил Том и потянул его к кровати.
Усадив гостя, Том потянул ворот его свитера, помогая снять. Под свитером оказалась темная рубашка, а под ней футболка. Том нетерпеливо помогал снимать все это.
Тело, спрятанное под столькими слоями одежды, оказалось идеальным. Бугрящиеся мускулы упруго перекатывались под оливковой кожей, гладкие и совершенно жесткие на ощупь. И Крис, обалденно пах мужчиной, самцом. Том наклонился и языком прочертил влажную дорожку по особо выпирающим буграм мыщц, слизывая терпкий аромат солоноватой кожи.
От количества выпитого, от касаний мягкого языка, от собственного возбуждения кружилась голова. Крис откинулся на кровать, расстегивая джинсы.
- Если в фильме хотя бы пару раз покажут тебя без рубашки, - Том кивнул на идеальный накачанный торс, - фильм станет хитом, - душный голодный взгляд не вязался с бодрым веселым голосом.
- Да уж, не взяли актерами, возьмут полуголыми телами, - немного отстраненно сказал Крис, укладываясь на подушку и вытягиваясь во весь рост.
- Если все знают, что фильм - дрянь, то, разумеется, они будут брать зрителя на твои мышцы, - пожав плечами, Том быстро снял обувь, поправил неудобно упирающийся в брюки член. - Понятно, почему я не подошел.
Том заполз на кровать и, немного подумав, уселся прямо на живот Крису. Небритая щетина ложилась под язык шершавой дорожкой - это возбуждало неимоверно. Потрясающая гладкость губ после показалась ему невероятной.
Постепенно, опускаясь все ниже Том скользил пальцами, губами, языком по гладкой коже груди Криса. Наслаждался солоноватым вкусом, с жадностью вдыхал тяжелый запах мужского возбуждения.
Крис не шевелился, позволяя Тому вести. Только шумно вдыхал, когда острые зубы оцарапали его сосок, или же когда Том сильно прижал бедром его возбужденный член.
Том обнаружил интереснейшую вещь. Чем ниже он опускался, тем интенсивнее становился запах. Грудь пахла сильнее, чем шея, а плотный мускус на животе хотелось слизывать как мороженное. Что он делал, с упоением оставляя влажные дорожки на кубиках пресса, выпирающих мышцах на боках, светлой полоске волос, убегающей под белье.
Сев, он стянул с Криса остатки мешающей одежды, отшвырнул в сторону и устроился между раскинутыми ногами. Теперь Том знал, где запах самый сильный. Светлая полоска волос на животе, уходя ниже, становилась шире и темнее и терялась в аккуратно постриженных волосках на лобке. Рот наполнился слюной.
Том неспеша провел языком по большому, перевитому толстыми венами члену. Помог себе рукой, и обхватил губами горячую солоноватую головку. Том поднял глаза. Перед ним было великолепное накачанное тело. Том не мог отказаться от ощущения под пальцами жестких мышц, поэтому он продолжал гладить руками накачанный торс.
Ощущения тяжелой шелковистой плоти на языке заставляли хотеть большего. Расслабив горло Том опустился ниже забирая все до конца. Поднял глаза, и тут же почувствовал руки Криса на затылке. Тот не направлял или прижимал, просто спокойно проводил по волосам, возбуждая сильнее, хотя сильнее уже было некуда. Том сильнее прижал собственный ноющий член к кровати и низко застонал.
Крису всегда нравился минет. Быстрый, резкий, глубокий. Но такого, какой делал Том, Крис еще не получал ни от кого. Том почти не сосал его член, просто держал глубоко в горле, сильными тонкими пальцами поглаживая бедра, живот, легонько царапая напрягающиеся мышцы. Крису так очень нравилось. Он зарылся пальцами в густые кудряшки, легонько ерошил их, вытряхивая из них запутавшиеся Рождественские блестки. Том сильнее прижал его языком, прикрыл от наслаждения глаза и глухо застонал. Вибрация, волной прошлась по его члену, и Крис почувствовал, что сейчас позорно быстро кончит.
- Подожди, хватит, - Крис настойчиво потянул Тома на себя. Мокрый член шлепнулся ему на живот. Крис сильно прикусил припухшие губы, перекатился, подмял под себя худое стройное тело и начал нетерпеливо срывать одежду. Вырванные запонки покатились по полу, рубашка, брюки и белье, улетело куда то в сторону. Крис с жадностью набрасывался, кусал, целовал, сжимал. Мозгов еще хватило нашарить под кроватью свои джинсы и достать оттуда хрусткий квадратик. А вот хоть немного подготовить выдержки уже не хватило. Крис раскатал по члену резинку, закинул на плечи длинные тощие ноги и резко вломился полностью, до конца.
Том ничего не имел против такого напора. Он только подавался ближе, подставляясь под поцелуи-укусы, прикрывал глаза, и судорожно хватался за сильные плечи, словно пытаясь цепляться за рехнувшуюся реальность. Когда в его задницу ткнулось огромное, горячее, он широко распахнул не видящие глаза, быстро задышал ртом и намертво вцепился пальцами в напряженные плечи. Наверное, было больно, Том не понял. Криса было так одуряющее много внутри, снаружи, и от этого сумасшедшее хорошо.
Крис зажмурился. Внутри Тома было так непередаваемо тесно. Встревоженные резким вторжением мышцы сильно сокращались. Перед глазами прыгали черные точки. Через несколько глубоких вдохов и выдохов сокращения замедлились и прекратились. Крис открыл глаза. Раскрасневшийся, с припухшими губами, часто дышащий ртом любовник был восхитителен. По краю сознания проскользнула мысль, что ему должно быть больно. Крис сделал пробный толчок. Том никак не отреагировал, только частый вздох был чуть резче. Крис наклонился, складывая гибкого любовника почти пополам, провел языком по приоткрытым губам, толкнулся раз, другой и сорвался. Он брал его быстро и жестко, сильно трахая языком подставленный рот. Том смотрел на него мутными от желания глазами. Его хриплые выдохи постепенно превращались в крики.
Крис, резко оттолкнувшись, перекатился на спину, усаживая любовника сверху. Теперь он мог смотреть на часто вздымающуюся грудь, торчащие возбужденные соски, плоский втянутый живот и длинный возбужденный член.
Теперь Том был сверху. Ему показалось, что от этого Крис проник в него еще глубже. Хотелось силы и скорости, но теперь ему приходилось делать все самому. Вцепившийся в его бедра стальной хваткой Крис не позволял ему приподниматься, сам вбивался снизу, притискивал к себе все сильнее, кругами тер о свои бедра. Ведомый древним инстинктом Том все равно старался приподняться. Было хорошо. До боли хорошо. До крика хорошо.
Жесткие пальцы оторвались от его бедра и сжали член. Каждая клетка тела вздрогнула от наслаждения. Том, выгнулся назад, откидывая голову. Яркое, чистое удовольствие огнем потекло по венам, выплеснулось на твердый живот, испачкало идеальные кубики пресса горячими белесыми каплями.
Том медленно приходил в себя. Крис все еще двигался в нем. Тело Тома отзывалось на каждый толчок затухающими электрическими искорками удовольствия.
Крис наконец позволил ему подняться, быстро стянул с себя резинку и начал резко судорожно дрочить. Ярко красная головка мелькала в зажатом кулаке. Том наклонился и облизнул манящий его кусочек плоти. Крис сбился с ритма, выгнулся на кровати. Вены на его шее вздулись от напряжения, пальцы сильнее сжались. На те же идеальные квадратики пресса брызнула сперма, смешиваясь с другой.
Том лег рядом. Он легко благодарно целовал расслабленного, тяжело дышащего любовника. Постепенно Крис совсем расслабился и стал лениво отвечать на поцелуи.
Через некоторое время он нехотя встал, забрал использованный презерватив и направился в ванну. Сунул сероватое гостиничное полотенце в раковину и включил воду.
Том стащил скомканное измятое покрывало с постели, скинул его на пол. Прямо в кучу разбросанной одежды. Расправил одеяло, подтянул простынь. Из ванной возвратился Крис.
- Нужно? - он бросил ему влажное полотенце. Том без всякого стеснения вытерся и перебросил полотенце обратно. Крис зашвырнул мокрую тряпку в ванную и залез под одеяло к Тому.
Том поднырнул под его руку, привычно устроился на сильном плече. Шевелиться было лень. Тело гудело от пережитого напряжения. Глаза слипались.
- Ты потрясающий, - тихо шепнул ему Крис.
Том улыбнулся. Улыбка вышла немного сонная.
Наверное, Бог услышал мои молитвы, - подумал Том, засыпая, - и расщедрился мне на Рождественский подарок. Самый лучший подарок.

Глава 4.
Темный коридор никак не заканчивался. Том шел и шел, обдирая пальцы о грубые склизкие стены. Было совершенно темно. Где-то в тишине гулко капала вода. Надо было иди, но куда и зачем Том не помнил. Помнил, что вперед. И Том шел и шел, ощущая вязкую густую пустоту. Она ледяной глыбой давила на него, мешала передвигать ноги. Идти становилось все труднее. Том цеплялся за шершавые, искрошившиеся стены, сдирая кожу на пальцах. Зацепиться за выступающий камень никак не получалась. Противная, холодная, склизкая плесень была повсюду, скользила под пальцами, забивалась под ногти.
Черный ужас сковывал движения. Том хотел крикнуть, но не услышал своего голоса. Темная вязкая пустота поглотила звуки, растворила в себе. Вокруг не было ничего, только осклизшие стены. Том попытался сделать несколько шагов назад, но тут же уперся спиной в точно такую же стену. Рубашка тут же промокла от сырости, стала такой же холодной и противной. Оставалось только идти вперед, ощущая под ногами острое каменное крошево. И ни звука вокруг, только капающая вода, собственное неровное дыхание и колотящееся сердце.
Искрошившаяся стена сдирала кожу с пальцев, но Том боялся отпустить ее. Потерять единственную точку опоры в пустоте. И пусть она была противной и холодной, но именно она не давала ему остановиться, лечь на острые камни и сдаться. Том шел и шел, надеялся, что коридор свернет в сторону, где будет не так пусто и страшно. Иногда, когда его пальцы внезапно прекращали касаться стены, его сердце от страха уходило в пятки, а в душе загоралась надежда на поворот. Но всегда оказывалось, что пустота в стене - это всего лишь очередной выпавший камень. Том знал, непременно знал, что когда-нибудь он дойдет, выберется из этого чертового тоннеля. Пустота, холод и страх прекратятся. Но поворота все не было. Том начал опасаться, что навсегда заблудился в этой темноте. И вернуться назад было нельзя.
Зацепившись носком ботинка за какой-то камень, Том чуть не упал. А когда поднял голову, в глаза ударил резкий свет. После узкого темного тоннеля, пространство белой комнаты показалось огромным. Стен не было видно. Прямо перед ним в большом кресле сидел высокий мужчина и читал какую-то книгу, небрежно положив ноги на хрупкий стеклянный столик.
Одет он был странно. Худые длинные ноги в высоких сапогах, непривычного покроя пальто из черной и зеленой кожи. И, как древний воин, носил золотые нарукавники и щитки на плечах и груди. Высокий воротник-стойка оттенял бледную кожу, подчеркивал острые скулы. Черные как ночь, зализанные назад волосы, открывали высокий умный лоб. Тонкие бледные губы были сжаты в полоску, а между бровей еле виднелась вертикальная морщинка. А еще слишком явственно было ощущение силы, исходящей от него. Сила окутывала его словно второй плащ. Том ощущал ее каждой клеткой своей кожи. Мужчина не обращал на Тома никакого внимания, продолжал читать книгу.
Том еще раз осмотрелся. Яркий белый свет, хотя не видно ни одной лампочки. Вместо стен - сплошной белесый туман. Никакого намека на окна или двери.
- Я что умер? - мужчина, не обращая на него никакого внимания, молча перевернул страницу. - А вы Бог? - и мужчина, наконец поднял голову.
Том отшатнулся. Глаза у него были ослепительно зеленые. Такой яркой зелени просто не бывает в природе.
- Бог, - согласился мужчина. Он захлопнул книгу и снял ноги со стола. И книга и стол тут же растаяли в белесом тумане. Несколько минут он пристально рассматривал Тома, потом широко улыбнулся. Хмурая морщинка тут же разгладилась, а из уголков глаз разбежались морщинки, но не добрые, а хитрые и острые, как иголки. Стало страшно.
- У меня к тебе предложение. Сделка, - мужчина продолжал улыбаться. Он встал со своего кресла, - Я дам тебе все, что желаешь в обмен на этот мир.
Том ничего не понимал. Просто стоял в немом шоке.
- Мне надоел Внемировой мрак, - мужчина развернулся и сделал несколько шагов в сторону. Походка у него была мягкая, крадущаяся. Опасная. - Теперь мне нужен ваш мир. Мне нужно почитание и поклонение. И ты поможешь мне, - он указал пальцем на Тома.
- Что мне нужно делать, - Том едва мог шевелить онемевшими губами.
Бог хмыкнул. Широко улыбнулся, обнажая ряд ровных, белоснежных зубов. Но в глазах его не было ни капли веселья. Только душный, давящий взгляд с легким бликом безумия.
- То, что ты умеешь лучше всего, - у Тома от его улыбки по спине пробежали ледяные мурашки, - притворяться.
Том покачал головой.
- Если бы я умел притворяться, то не сидел бы без работы.
Бог слегка растянул губы в подобии улыбки.
- Здесь проблем не будет. Тебе нужно делать то же, что и всегда. Остальное я устрою. Тебе нужно только согласиться, - он развел руками.
Том стоял в раздумьях. Предложение было заманчивым, но...
Бог немного нахмурился. Снова появилась чуть заметная морщинка между бровями.
- Ну же, соглашайся. У тебя будет все: популярность, деньги, слава. Если ты захочешь, даже тот, с кем ты был, будет твоим,- он немного наклонил голову. Внимательный взгляд исподлобья был колючим, пристальным, требовательным.
- Крис? Ты про Криса говоришь? - Том пребывал в шоке. - Подожди, наш секс... так это твоих рук дело?
Бог хитро прищурился и скупо усмехнулся. (П.А. Люди, вы такие мелочные. И крошечные. Ха-ха!) Но взгляд зеленых глаз оставался тяжелым.
Том в сомнении провел рукой по волосам.
- Почему я? - единственный вопрос, который он смог задать.
Бог рассмеялся. Его хриплый надрывный смех показался тому вороньим карканьем. И снова ни намека на улыбку в ярких зеленых глазах.
- Магия загаданных желаний - бесподобна. Ты сам позвал меня.
Том покачал головой. Он не помнил.
Внезапно Бог изменился в лице, пристально уставился куда-то в пустоту.
- Время на исходе, - он поднял на Тома внимательные, ярко-зеленые глаза.
Том чувствовал, что что-то здесь было не так. Где-то был подвох. Ничего не бывает просто так. Что-то подсказывало ему, чтобы он не соглашался.
Где то, на грани слышимости появился какой-то звук. Тонкий и мягкий, отдаленно похожий на мелодию.
- В чем подвох? - прямо спросил он.
- Подвох? - Бог удивился. - Хм... А ты умнее многих, - он снова широко улыбался, только теперь в его глазах только ярко светилась искорка сумасшествия. Еле слышный звук начал усиливаться. Мужчина сделал какой-то неприметный жест, и Том почувствовал, как начала меняться его одежда. Его рубашка начала менять форму и цвет, выпрямились и вытянулись его волосы, а глаза изменили цвет.
Буд-то со стороны он смотрел на себя. Теперь он был в точности похож на зеленоглазого Бога. Который стоял рядом и ухмылялся. От неуловимого ощущения силы потекшей по крови стало немного страшно. Но спустя мгновение Тому даже понравилось.
Звук продолжал нарастать. Теперь он казался Тому громким, неприятным.
- Ты согласен отдать мне этот мир? - Бог немного наклонился вперед, протягивая руку.
Звук все нарастал, закладывал уши.
На сомнения больше времени не было. Том шагнул вперед.
- Да, согласен, - он почти кричал, стараясь перекричать быстро усиливающийся звук. И пожал протянутую руку.
В тот самый момент, когда он сжал тонкие холодные пальцы, Бог дернул его за руку, прижимая к себе.
- Ты не сможешь сопротивляться мне, - Бог быстро говорил ему прямо в ухо. Звук стал невыносимо громким. - Ведь ты - это я....


@темы: "Мстители", "Локи", "Крис Хэмсворт", "Том Хиддлстон", "Тор", Actors, Fanfiction, NC-17

Комментарии
2014-01-08 в 22:46 

feoseros
нежная фиялка
Том поднырнул под его руку, привычно устроился на сильном плече.
почему привычно- они ведь первый раз вместе?

В остальном-понравилось

   

RPS Fanfiction

главная